понедельник, 5 сентября 2016 г.

От­че­го за­ви­сит по­чи­та­ние свя­тых в на­ро­де?

День города: праздник московских святых
          Со­бор мос­ков­ских свя­тых празд­ну­ет­ся в пер­вое вос­кре­се­нье сен­тяб­ря. Сре­ди них есть и «пре­чуд­ные свя­ти­те­ли, и бла­го­вер­ные кня­зья, и пре­по­доб­ные и пра­вед­ные от­цы, и пре­муд­рые юро­ди­вые». Но к од­ним едут па­лом­ни­ки, сто­ят в оче­ре­дях, а о дру­гих ни­че­го не зна­ют.
          Об этом прецеденте размышления док­тора ис­то­ри­че­ских на­ук Кон­стан­тина АВЕРЬЯНОВА:
По­этап­ное зна­ком­ство
          В Рус­ской Церк­ви из­дав­на су­ще­ство­ва­ла тра­ди­ция, по ко­то­рой вся­кий бо­лее или ме­нее круп­ный го­род, об­ласть, име­ли сво­е­го свя­то­го по­кро­ви­те­ля. К при­ме­ру, в Зве­ни­го­ро­де ши­ро­ко из­ве­стен Сав­ва Сто­ро­жев­ский, по­сколь­ку ос­но­ван­ный им на ис­хо­де XIV ве­ка мо­на­стырь на­хо­дит­ся непо­да­ле­ку. В Сер­ги­е­вом По­са­де та­кой фигу­рой яв­ля­ет­ся Сер­гий Ра­до­неж­ский, ос­но­ва­тель Тро­и­це-Сер­ги­е­вой лав­ры, во­круг ко­то­рой воз­ник сам го­род. В Кар­го­по­ле Ар­хан­гель­ской об­ла­сти чтят Алек­сандра Оше­вен­ско­го, жив­ше­го в XV ве­ке, а в со­сед­нем Пу­дож­ском рай­оне Рес­пуб­ли­ки Ка­ре­лия – Ди­о­до­ра Юрье­гор­ско­го, чья де­я­тель­ность при­хо­дит­ся уже на XVII сто­ле­тие. Но ес­ли лич­но­сти Сер­гия Ра­до­неж­ско­го и Сав­вы Сто­ро­жев­ско­го из­вест­ны лю­бо­му куль­тур­но­му че­ло­ве­ку, об Алек­сан­дре Оше­вен­ском и Ди­о­до­ре Юрье­гор­ском зна­ет не вся­кий.
          Во мно­гом это свя­за­но с осо­бен­но­стя­ми про­цес­са ка­но­ни­за­ции. Про­слав­ле­ние свя­то­го на­чи­на­лось, как пра­ви­ло, там, где он жил, а о со­бы­ти­ях его жиз­ни по­рой мож­но бы­ло узнать от оче­вид­ца. Так, пер­во­на­чаль­ное по­чи­та­ние Сер­гия Ра­до­неж­ско­го сло­жи­лось в пре­де­лах ос­но­ван­но­го им мо­на­сты­ря и окрест­но­стях со­сед­не­го го­род­ка Ра­до­неж. По­сте­пен­но оно рас­ши­ря­лось и вста­вал во­прос о так на­зы­ва­е­мой «мест­ной» ка­но­ни­за­ции. У Сер­гия Ра­до­неж­ско­го она со­сто­я­лась в 1422 го­ду, спу­стя 30 лет по­сле его кон­чи­ны, ко­гда при стро­и­тель­стве Тро­иц­ко­го мо­на­сты­ря на тер­ри­то­рии оби­те­ли бы­ли об­ре­те­ны его мо­щи. Тем са­мым пре­по­доб­ный был при­знан мест­но­чти­мым свя­тым в пре­де­лах Мос­ков­ско­го кня­же­ства.
          Ос­но­ван­ная Сер­ги­ем оби­тель бук­валь­но за несколь­ко де­ся­ти­ле­тий быст­ро вы­дви­ну­лась в чис­ло са­мых из­вест­ных рус­ских мо­на­сты­рей, а сла­ва Сер­гия при­об­ре­та­ла об­ще­рус­ские мас­шта­бы. Во мно­гом это­му спо­соб­ство­ва­ла то­гдаш­няя по­ли­ти­че­ская об­ста­нов­ка – в усло­ви­ях на­пря­жен­ной борь­бы за объ­еди­не­ние рус­ских зе­мель и пре­кра­ще­ние кня­же­ских меж­до­усо­биц, лик­ви­да­цию ор­дын­ско­го ига как ни­ко­гда ак­ту­аль­ны­ми бы­ли при­зы­вы Сер­гия, бла­го­сло­вив­ше­го еще в 1380 го­ду Дмит­рия Дон­ско­го на Ку­ли­ков­скую бит­ву, к един­ству Рус­ской зем­ли. Встал во­прос о его об­ще­рус­ской ка­но­ни­за­ции. Для нее, по­ми­мо фак­та по­смерт­ных чу­дес, необ­хо­ди­мо бы­ло на­ли­чие жи­тия. Его на­чал со­став­лять осе­нью 1418 го­да уче­ник и млад­ший совре­мен­ник Сер­гия Епи­фа­ний Пре­муд­рый. Но через несколь­ко ме­ся­цев он скон­чал­ся и его ра­бо­ту за­вер­шил дру­гой на­сель­ник Тро­иц­кой оби­те­ли – вы­хо­дец с зна­ме­ни­то­го Афо­на Па­хо­мий Ло­го­фет. Из-за фе­о­даль­ной меж­до­усоб­ной вой­ны об­ще­рус­ская ка­но­ни­за­ция Сер­гия за­дер­жа­лась до 1449 го­да, ко­гда при мит­ро­по­ли­те Ионе он был про­воз­гла­шен об­ще­рус­ским свя­тым. Та­кая сту­пен­ча­тая си­сте­ма ка­но­ни­за­ции, на­чи­ная с мест­но­чти­мо­го по­чи­та­ния, бы­ла на Ру­си об­ще­при­ня­той.
          Вли­ял ли фак­тор фе­о­даль­ной раз­дроб­лен­но­сти на по­чи­та­ние свя­тых из дру­гих кня­жеств – ска­зать труд­но. Тем не ме­нее, из­вест­ные пред­по­чте­ния в вы­бо­ре на­име­но­ва­ний хра­мов, воз­во­ди­мых в от­дель­ных кня­же­ствах и го­ро­дах, несо­мнен­но су­ще­ство­ва­ли. Со­шлюсь на лю­бо­пыт­ное ис­сле­до­ва­ние, про­ве­ден­ное в рам­ках совре­мен­ной Во­ло­год­ской об­ла­сти. Его ав­тор от­ме­тил на кар­те хра­мы по на­зва­ни­ям их пре­сто­лов: Спас­ские, Пре­об­ра­жен­ские, Тро­иц­кие, Ни­коль­ские и т.д. Вы­яс­ни­лось, что в од­ном рай­оне об­ла­сти со­сре­до­то­че­ны пре­иму­ще­ствен­но Ни­коль­ские церк­ви, в дру­гом – Спас­ские, в тре­тьем – Тро­иц­кие и т.д. А гра­ни­цы этих рай­о­нов прак­ти­че­ски сов­па­да­ют с ру­бе­жа­ми преж­них сред­не­ве­ко­вых кня­жеств.
Со­бор Мос­ков­ских свя­тых: рас­ши­рен­ный со­став
          Как и лю­бой дру­гой рус­ский го­род, Москва до­ста­точ­но ра­но по­лу­чи­ла сво­е­го свя­то­го. Им явил­ся жив­ший в на­ча­ле XIV ве­ка мит­ро­по­лит Петр, бла­го­да­ря ко­то­ро­му го­род стал фак­ти­че­ской цер­ков­ной сто­ли­цей Ру­си. И, ко­неч­но, вна­ча­ле это так­же бы­ло мест­но­чти­мое по­чи­та­ние. Но уже через 13 лет по­сле его кон­чи­ны, в 1339 го­ду, спе­ци­аль­ной гра­мо­той кон­стан­ти­но­поль­ско­го пат­ри­ар­ха бы­ло про­воз­гла­ше­но его об­ще­рус­ское по­чи­та­ние.
          В XV ве­ке уже го­во­рят о мос­ков­ских свя­тых во мно­же­ствен­ном чис­ле. Ими ста­ли, по­ми­мо Пет­ра, его пре­ем­ни­ки на мит­ро­по­ли­чьей ка­фед­ре Ки­при­ан, Фо­тий и Иона, мно­го сде­лав­шие для воз­вы­ше­ния Моск­вы. 5 ок­тяб­ря 1596 го­да при ца­ре Фе­до­ре Ива­но­ви­че пер­вым рус­ским пат­ри­ар­хом Иовом бы­ло уста­нов­ле­но празд­но­ва­ние Со­бо­ра мос­ков­ских свя­ти­те­лей. В Со­бор во­шли ис­клю­чи­тель­но мит­ро­по­ли­ты – Петр, Алек­сий, Фо­тий и Иона. То­гда же утвер­жда­ет­ся и чин празд­но­ва­ния всем свя­ти­те­лям вме­сте. Позд­нее к ним в 1875 го­ду был при­чис­лен мит­ро­по­лит Филипп (Ко­лы­чев), а в 1913 го­ду пат­ри­арх Гер­мо­ген, мно­го сде­лав­ший для пре­одо­ле­ния «Сму­ты» на­ча­ла XVII ве­ка. Уже в на­ше вре­мя Со­бор по­пол­ни­ли мит­ро­по­лит Ма­ка­рий, пер­вый рус­ский пат­ри­арх Иов и пер­вый пат­ри­арх по­сле­си­но­даль­но­го пе­ри­о­да – Ти­хон.
          Ка­но­ни­зи­ру­ют и бла­го­вер­ных кня­зей: ос­но­ва­те­ля Мос­ков­ско­го кня­же­ства Да­ни­и­ла Мос­ков­ско­го, по­бе­ди­те­ля на Ку­ли­ко­вом по­ле Дмит­рия Дон­ско­го. И в этом осо­бен­ность Моск­вы: в сон­ме ее свя­тых пред­ста­ви­те­ли ду­хов­ной и свет­ской вла­сти. По­че­му? В ос­но­ве по­чи­та­ния мос­ков­ских свя­тых глав­ной яв­ля­ет­ся идея го­судар­ствен­но­сти, со­ю­за вла­сти с Цер­ко­вью. Эта сим­фо­ния бе­рет на­ча­ло с мит­ро­по­ли­та Пет­ра, ко­гда Москва еще толь­ко стро­ит­ся как сто­ли­ца но­во­го Рус­ско­го го­су­дар­ства и ре­ша­ют­ся важ­ней­шие за­да­чи то­го вре­ме­ни: Русь пре­одоле­ва­ет меж­до­усо­би­цы, объ­еди­ня­ет­ся в еди­ное це­лое и осво­бож­да­ет­ся от ор­дын­ско­го ига. Это бы­ло воз­мож­но толь­ко при со­ю­зе вла­сти и Церк­ви. Свя­ти­те­ли и го­су­да­ри ре­ша­ли эти за­да­чи прак­ти­че­ски: уми­ро­тво­ря­ли ор­дын­ских ха­нов, ограж­дая рус­ский на­род от на­бе­гов и ра­зо­ре­ний, укреп­ля­ли ве­ру в из­бав­ле­ние. Все это – рискуя соб­ствен­ной жиз­нью. За что и бы­ли про­слав­ле­ны.
          Но сре­ди мос­ков­ских свя­тых на­хо­дим и тех, кто не был на­де­лен при жиз­ни вла­стью. Од­ним из них был жив­ший в XVI ве­ке Ва­си­лий Бла­жен­ный, ро­див­ший­ся, по пре­да­нию, в ближ­нем под­мос­ков­ном се­ле Ело­хо­ве (там, где ныне сто­ит из­вест­ный храм). Хо­див­ший по Москве по­чти без одеж­ды, бо­сой и в ве­ри­гах, он об­ли­чал во имя Хри­ста нрав­ствен­ные бес­по­ряд­ки и неправ­ду совре­мен­но­го ему об­ще­ства, не стра­шив­ший­ся го­во­рить ца­рю Ива­ну Гроз­но­му то, что не сме­ли ска­зать бо­яре. О его по­чи­та­нии мож­но су­дить по ис­то­рии зна­ме­ни­то­го По­кров­ско­го со­бо­ра, по­став­лен­но­го ца­рем на Крас­ной пло­ща­ди в честь взя­тия Ка­за­ни. Он был за­ду­ман как гран­ди­оз­ный па­мят­ник цар­ской по­бе­де (до по­строй­ки ко­ло­коль­ни Ива­на Ве­ли­ко­го храм яв­лял­ся са­мым вы­со­ким зда­ни­ем Моск­вы) – во­круг цен­траль­ной По­кров­ской церк­ви бы­ли по­став­ле­ны во­семь при­де­лов в честь тех свя­тых, в дни па­мя­ти ко­то­рых про­ис­хо­ди­ли зна­ме­на­тель­ные со­бы­тия ка­зан­ско­го по­хо­да. Од­на­ко сре­ди на­ро­да храм бо­лее из­ве­стен как со­бор Ва­си­лия Бла­жен­но­го, бла­го­да­ря то­му, что в 1588 го­ду при ца­ре Фе­до­ре Ива­но­ви­че бы­ли об­ре­те­ны мо­щи свя­то­го и над ни­ми был со­ору­жен осо­бый при­дел. И вся ри­то­ри­ка по­ко­ре­ния Ка­за­ни и цар­ских по­бед ушла на зад­ний план в срав­не­нии с на­род­ной лю­бо­вью к свя­то­му.
          По­сте­пен­но круг мос­ков­ских свя­тых все бо­лее и бо­лее рас­ши­рял­ся. В 1997 го­ду, в год 850-ле­тия Моск­вы, по бла­го­сло­ве­нию пат­ри­ар­ха Мос­ков­ско­го и всея Ру­си Алек­сия II и ре­ше­нию Свя­щен­но­го Си­но­да бы­ло уста­нов­ле­но празд­но­ва­ние Cобо­ра мос­ков­ских свя­тых. То­гда же бы­ла на­пи­са­на ико­на Со­бо­ра Мос­ков­ских свя­тых. На ней уже не толь­ко свя­ти­те­ли и бла­го­вер­ные кня­зья, но и Ва­си­лий Бла­жен­ный, и Мак­сим Бла­жен­ный, и св. ца­ре­вич Дмит­рий, Уг­ли­че­ский и Мос­ков­ский чу­до­тво­рец. Празд­нуя па­мять свя­тых в один день, Цер­ковь воз­да­ет каж­до­му из них рав­ную честь, как небес­ным по­кро­ви­те­лям го­ро­да Моск­вы и мо­лит­вен­ни­кам за на­ше Оте­че­ство.
«До ца­ря да­ле­ко, до Бо­га вы­со­ко»
          Чтобы совре­мен­но­му че­ло­ве­ку по­нять, в чем по­двиг мос­ков­ских мит­ро­по­ли­тов, пат­ри­ар­хов Гер­мо­ге­на или Ти­хо­на, или да­же Ва­си­лия Бла­жен­но­го, ему нуж­но хо­тя бы немно­го знать ис­то­рию. И да­же ес­ли мы ее зна­ем, умом мы мо­жем по­ни­мать, на­при­мер, важ­ность объ­еди­не­ния стра­ны или со­хра­не­ния ве­ры пе­ред ли­цом ино­зем­ной опас­но­сти. Но се­го­дня, ко­гда ино­зем­ной опас­но­сти нет, все это мо­жет и не тро­гать ду­шу. Ес­ли с на­ми слу­чи­лась ря­до­вая бе­да: бо­лезнь, се­мей­ные про­бле­мы, вряд ли мы пой­дем мо­лить­ся свя­то­му, ко­то­рый ре­шал во­про­сы объ­еди­не­ния Рус­ской зем­ли или за­ни­мал­ся ины­ми го­судар­ствен­ны­ми про­бле­ма­ми. Мы бу­дем ис­кать от­ве­ты у то­го, кто нам бли­же, по­нят­нее.
          На­ро­ду все­гда бы­ли нуж­ны по­нят­ные для них свя­тые. Зай­ди­те се­го­дня в лю­бой храм, и най­де­те там об­раз св. Мат­ро­ны Мос­ков­ской. Кем она бы­ла? Во-пер­вых, бла­жен­ной, ко­то­рых все­гда осо­бен­но лю­бил рус­ский че­ло­век. Сле­пой, не хо­дя­щей, го­ни­мой, жи­ла – сво­е­го уг­ла не име­ла. Во-вто­рых, про­стой рус­ской жен­щи­ной, кре­стьян­ско­го про­ис­хож­де­ния, ни ка­рье­ры зем­ной, ни ста­ту­са. Са­мая что ни на есть род­ная. Да еще прак­ти­че­ски совре­мен­ни­ца, то есть хо­ро­шо знав­шая, от че­го стра­да­ет се­го­дня на­род. По­мо­га­ла всем, кто ни при­дет. Здесь сбы­ва­ют­ся сло­ва рус­ской по­го­вор­ки: «До ца­ря да­ле­ко, до Бо­га вы­со­ко». И ну­жен свой по­сред­ник.
Как уви­деть но­вое в свя­том?
          Учи­ты­вать ис­то­ри­че­ский и пси­хо­ло­ги­че­ский фак­то­ры в от­ве­те на во­прос, по­че­му од­них свя­тых пом­нят, а дру­гих – нет, необ­хо­ди­мо. Но ра­цио­на­ли­зи­ро­вать во­прос в це­лом бы­ло бы непра­виль­но. В на­ча­ле 2000-х го­дов один жур­на­лист ре­шил со­ста­вить рей­тинг Рос­сий­ских свя­тых, сде­лав это по ко­ли­че­ству за­про­сов в ин­тер­не­те. Ока­за­лось, что са­мы­ми «вос­тре­бо­ван­ны­ми» бы­ли Сер­гий Ра­до­неж­ский и Се­ра­фим Са­ров­ский. Ка­за­лось бы, та­кая раз­ни­ца во вре­ме­ни их жиз­ни (XIV и XVIII ве­ка), в за­да­чах эпо­хи, а оба близ­ки лю­дям. И в Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ре, и в Ди­ве­е­во все­гда тол­пы па­лом­ни­ков.
          По­это­му для свя­то­сти вре­мен­ная гра­ни­ца услов­на. А вы­бор свя­то­го по сте­пе­ни «по­нят­но­сти» го­во­рит не о том, что это свя­той «огра­ни­чен» в сво­ей свя­то­сти, в по­мо­щи, ко­то­рую он мо­жет ока­зать. На­обо­рот, огра­ни­че­но зем­ны­ми услов­но­стя­ми на­ше че­ло­ве­че­ское вос­при­я­тие свя­тых! Мож­но при­ве­сти мас­су при­ме­ров, ко­гда че­ло­век мо­лил­ся свя­ти­те­лю Алек­сию, и Алек­сан­дру Нев­ско­му, и Да­ни­и­лу Мос­ков­ско­му, и по­лу­чал по­мощь не в ре­ше­нии го­судар­ствен­ных дел, а в про­стых нуж­дах. По­то­му что, ес­ли они свя­тые, зна­чит, неза­ви­си­мо от ро­да зем­ной де­я­тель­но­сти, преж­де все­го, – мо­лит­вен­ни­ки. И, по сло­ву Бо­жию, преж­де нас зна­ют на­ши нуж­ды. И по­мочь, все без ис­клю­че­ния, мо­гут в са­мом глав­ном – в укреп­ле­нии ве­ры, люб­ви к Бо­гу и лю­дям. А чем боль­ше этой люб­ви бу­дет в нас, тем мень­ше гра­ниц бу­дет в на­шей люб­ви к раз­ным свя­тым, по­то­му что в каж­дом мы бу­дем ви­деть Бо­га.
          Как уви­деть но­вое в свя­том? Это мож­но срав­нить с вос­ста­нов­ле­ни­ем ста­рой ико­ны. Ко­гда об­раз пи­шут, крас­ки све­жие, изо­бра­же­ние чет­кое. С го­да­ми он мо­жет по­тем­неть, а через ка­кое-то вре­мя уже ли­ка не раз­бе­решь. И нуж­но ико­ну от­ре­ста­ври­ро­вать. В Церк­ви их по­нов­ля­ют: по ста­ро­му изо­бра­же­нию ри­су­ют но­вое, хо­тя и близ­кое к ори­ги­на­лу. И что про­ис­хо­дит? Об­лик немнож­ко из­ме­ня­ет­ся. То же са­мое со свя­ты­ми. Мит­ро­по­ли­тов Пет­ра или Алек­сия совре­мен­ни­ки ви­де­ли по-сво­е­му, со сво­и­ми ак­цен­та­ми и ню­ан­са­ми, а мы, спу­стя ве­ка, мо­жем уви­деть но­вый об­раз.
          То же мож­но про­сле­дить и по жи­ти­ям свя­тых. Бы­ло бы ошиб­кой счи­тать, что они пред­став­ля­ют со­бой еди­но­жды на­пи­сан­ный текст. У жи­тия неред­ко име­ет­ся несколь­ко ре­дак­ций, за­мет­но от­ли­ча­ю­щих­ся друг от дру­га. 
          На­при­мер, в пер­во­на­чаль­ном жи­тии Сер­гия Ра­до­неж­ско­го, на­пи­сан­ном Епи­фа­ни­ем Пре­муд­рым, ос­нов­ной упор был сде­лан на фак­ти­че­скую кан­ву его зем­ной жиз­ни, то­гда как Па­хо­мий Ло­го­фет глав­ное вни­ма­ние уде­лил его цер­ков­ной де­я­тель­но­сти. За пять­сот лет, про­шед­ших со вре­ме­ни кон­чи­ны пре­по­доб­но­го, из­вест­но до де­сят­ка ва­ри­ан­тов жи­тия ос­но­ва­те­ля Тро­и­це-Сер­ги­е­вой лав­ры. Толь­ко в XVI ве­ке оно пе­ре­ра­ба­ты­ва­лось, как ми­ни­мум, три­жды – для ле­то­пис­но­го сво­да 1518 го­да, Ни­ко­нов­ской ле­то­пи­си, Ве­ли­ких Че­тьих Ми­ней мит­ро­по­ли­та Ма­ка­рия. В XVII ве­ке к ра­бо­те над ним та­кие из­вест­ные пи­са­те­ли сво­е­го вре­ме­ни, как Гер­ман Ту­лу­пов, Си­мон Аза­рьин, свя­ти­тель Ди­митрий Ро­стов­ский. В сле­ду­ю­щем сто­ле­тии дань этой те­ма­ти­ке отда­ли мит­ро­по­лит мос­ков­ский и ко­ло­мен­ский Пла­тон (Лев­шин) и да­же са­ма им­пе­ратри­ца Ека­те­ри­на II. В XIX ве­ке но­вое жи­тие Сер­гия бы­ло со­став­ле­но мит­ро­по­литом мос­ков­ским Фила­ре­том (Дроз­довым), а в XX сто­ле­тии свои ва­ри­ан­ты, при­над­ле­жа­щие пе­ру ар­химанд­ри­та Ни­ко­на и пат­ри­ар­ха Мос­ков­ско­го и всея Ру­си Алек­сий I (Си­ман­ско­го).
          Су­ще­ство­ва­ние по­доб­ной мно­го­ве­ко­вой тра­ди­ции объ­яс­ня­ет­ся тем, что каж­дое но­вое по­ко­ле­ние стре­мит­ся за­но­во осмыс­лить жизнь свя­тых, вы­де­лив те ак­цен­ты, ко­то­рые наи­бо­лее близ­ки ему. А это озна­ча­ет, что в из­ме­нив­ших­ся усло­ви­ях, в жиз­ни свя­тых, сей­час, мо­жет быть, по­за­бы­тых, для нас от­кро­ют­ся но­вые смыс­лы.
Под­го­то­ви­ла: Ири­на Лух­ма­но­ва
По ма­те­ри­а­лам: http://www.nsad.ru

Справка:
Кон­стан­тин Алек­сан­дро­вич АВЕРЬЯНОВ, док­тор ис­то­ри­че­ских на­ук, ру­ко­во­ди­тель груп­пы Ин­сти­ту­та рос­сий­ской ис­то­рии РАН. Ро­дил­ся в Москве в 1959 го­ду; окон­чил ис­то­ри­че­ский фа­куль­тет МГПИ им. Ле­ни­на и фа­куль­тет жур­на­ли­сти­ки МГУ. Ав­тор книг: «Мос­ков­ское кня­же­ство Ива­на Ка­ли­ты» (1993), «Куп­ли Ива­на Ка­ли­ты» (2001), «Сер­гий Ра­до­неж­ский: лич­ность и эпо­ха» (2006), эн­цик­ло­пе­дии «Ис­то­рия мос­ков­ских рай­о­нов» (2005; 2-е изд. – 2010).